Блог со словами, которые ободряют.
Для тех, кого интересуют принципы, меняющие жизнь к лучшему. Основано на Слове Божьем. 

Узнай много нового о Священном Писании

Узнай много нового о Священном Писании


Галина Кучер: “Я в благотворительности работаю более 20 лет. В 90-е были тяжелые времена. Нам приходилось раздавать все, что угодно: рис, сахар, обувь, медикаменты… Но я никогда не раздавала хлеб…”

1427

Галина  Кучер  —  руководитель  социальных  проектов  Ассоциации «Еммануил».  Отдел  социальных  проектов,  офис  которого  находится в  Киеве  и  которым  руководит  Галина,  существует  со  дня  основания Ассоциации «Еммануил» в 1991 году. Все начиналось с грузов гуманитарной помощи, а со временем преобразовалось в масштабные проекты по Украине и странам СНГ.

Цель  деятельности:  увидеть  нужду  и  оказать  помощь  –  гуманитарную, медицинскую и духовную – ту, в которой нуждается человек. В  последнее  время  особую  значимость  приобрела  работа  на  востоке Украины,  проект  Helpua.org.  Работа  проводится  совместно  с  фондом «Обетование  Сироте»  («Orphans’  Promise»),  поместными  церквями  и другими партнерскими организациями. Цель – помощь мирным жителям востока Украины, оказавшимся в зоне боевых действий.

3-6  июня  я  имел  возможность  поехать  вместе  с  Ассоциацией «Еммануил».  И  предварительно  договорился  с  Галиной  Юрьевной  об интервью. Она оказалась еще более загруженной, чем я думал. Несколько телефонов,  постоянные  договоренности,  решения  вопросов  о  проезде блокпостов и встречах в зоне АТО — всё это решалось на ходу. На интервью времени совсем не оставалось. Только в последний день нашей поездки, 6 июня, после поездки в пгт Мироновское Галина Юрьевна, уставшая, но довольная, что сделали все запланированное, смогла уделить время и пообщаться.

Для справки: 3 июня был один из самых масштабных обстрелов прифронтовых городов.

Люди в прифронтовой зоне стали родными…

 

Здравствуйте,  Галина  Юрьевна.  Какой  у  вас  был  план  перед этой поездкой в зону АТО?

В первый день мы поехали в Золотое. В каждый прифронтовой город мы везем хлеб, медикаменты и продуктовый набор, которого хватит на 10 дней одному человеку. Хлеб раздаем всем, прямо в руки. Продуктовые наборы только по списку, полученному в сельсовете, чтобы не было несправедливости. Мы  работали  по  плану,  который  составили  еще  неделю  назад.  После Золотого была Красногоровка. Тут мы работаем уже более 10 месяцев. Это был первый населенный пункт, который пробудил в нас желание работать в прифронтовых городах. И можно сказать, что это самый успешный проект на сегодня.

Безусловно, это скорректировало наши планы. Но я уже из опыта  понимала, что в городах, где происходит такая ситуация, наше появление наиболее желательно, чем в обычное время.

Несмотря ни на что, мы все-таки планировали попасть туда, встретиться с нашими любимыми людьми, которые уже успели стать родными. Они нас знают, мы знаем их. Вместе мы пережили тяжелейшую зиму  без света, газа, отопления и еды.

Новые обстрелы, безусловно, нас расстроили.

Но мы должны продолжать помогать людям. В этот раз мы хотели еще больше оказать помощи, чем когда-либо.

Поэтому, проснувшись рано утром, 4-го числа, мы не знали до конца,как обстоят дела… По вере мы начали грузить машины, хотя со всех сторон нам говорили, что нас не пропустят, мы не проедем и тому подобное. Но, тем не менее, Бог позволил нам туда приехать. Это был путь, через который мы заезжали и в первый раз, 10 месяцев назад.

Война страшна тем, что ничего нельзя просчитать. Это было опасно?

В  принципе,  на  тот  момент  этот  путь  был  единственный.  Опасность везде может быть. Война и страшна тем, что ты не можешь предугадать, ты не можешь просчитать. Ты можешь только находиться в реальности и уже по ходу принимать какие-то решения. От тебя не зависит, кто, когда начнет стрелять или кто куда поедет, кто и какие перекроет дороги.

Этот форс-мажор никак не планируется. Но нам очень хотелось заехать туда. Очень сильно напрягало то, что не было связи с волонтерами в Красногоровке. В день обстрелов мы могли дозвониться. А в последующий – нет. С 8 утра до 2-х часов дня, пока мы ехали, я пыталась набирать всех – всех,  чьи  телефоны  были.  Но  связи  не  было.  Было  слышно  в  трубке,  как говорит оператор: «Напрямок перевантажений» (направление перегружено — укр.). Соединения нет никакого.

 Глушат связь?

Я думаю, что это связано с сигналами. Я не технический человек, поэтому мне трудно сказать. Именно эту фразу «Напрямок перевантажений» на территории Украины я не слышала, кроме как здесь, в Донецкой области.

Но мы поехали и проехали безопасно. Бог открыл нам пути.

Когда мы заехали в город, начали встречать одиноких пешеходов, велосипедистов, и было видно, что спокойно и тихо. Мы доехали до церкви и начали разгрузку товара.

Общее  впечатление  от  поездки  —  повсеместно  люди  находились  в стрессе.  Какой-то  массовый  психоз.  Люди  разговаривали  сквозь  слезы  — взрослые, пожилые, молодые. Уже есть люди, которые психически травмированы после войны.

Если  сравнить,  сколько  я  езжу  в  зону  АТО  —  более  травмированных психически людей я за всё время не встречала. Если из 10 человек был 1, который адекватно разговаривал, то это очень хорошо.В  городе  остались  только  старики,  дети,  социально  незащищенные люди… Страшно за этим наблюдать… Психологи говорят, что чем дальше отдаляемся  от  даты  психотравмирующих  событий,  тем  ближе  отголоски войны и тем больше работы с такими людьми.

Я  разговаривала  с  одной  семейной  парой,  им  под  60  лет.  Слава  Богу, здоровые люди. Они говорили, что стараются смотреть на эту ситуацию под другим углом. Но по ним видно было и страх, и смятение, и боль. Женщина говорила, чтобы наша команда приезжала почаще. Даже если мы не привезем продукты, нас там ждут для того, чтобы просто пообщаться. Для них важно,  чтобы  с  ними  разговаривали,  чтобы  выслушали,  чтобы  поняли.  После  каждого  предложения  слышаться  слова  благодарности  за  помощь, оказанную им.

Люди  знакомы  с  церковью,  почти  все  знакомы  с  нами  лично,  кто-то заочно. Я помню, когда в первый раз мы приехали, люди были как ежики. Они были зажаты, не понимали, кто приехал, что делать, куда идти… И то, что мы из Киева, это пугало население.

Сейчас они знают нас. Каждый знает. Что мы несем добро, поддерживаем граждан. И многие сегодня говорят, что если бы не церковь, они бы не выжили.

Материально, конечно, церковь взяла на себя ответственность. Ну, а мы поддерживали, как могли. Это, если коротко о Красногоровке.

Кому вы еще помогаете?

Пятого числа, по плану мы завезли помощь беженцам, которые проживают на территории Екатерининского сельского совета. Это села Антоновка (150 беженцев) и Пречистовка (35 беженцев). Около 10 месяцев мы ведем работу по поддержке этих людей. И один раз в месяц завозится туда гуманитарная помощь. Все самое необходимое на первое время. Это и медикаменты, и детское питание, и продукты питания, и бытовая химия… Да, мы их не обеспечиваем полностью, но поддерживаем в сложной ситуации.Как  говорила  одна  девушка-волонтер  из  Пречистовки:  «Вы  даже  не представляете, как люди ждут вас. Они ждут вас, как Бога».

Сегодня 6 июня (интервью было взято вечером, после поездки — примечание В.Б.). Мы планировали поехать в Мироновский. Для меня он очень похож  на  Красногоровку.  Только  у  них  есть  вода,  и  есть  свет.  Хотя  они потеряли  районный  центр  Дебальцево.    Нарушились  все  административные управления. Сейчас предпочитают Артемовску. Именно этот момент перерегистрации  – напряженный. Каждый должен доехать до Артемовска, заявить о себе, транспорт не ходит, у людей нет финансовой возможности доехать. На пути большое количество блокпостов.  Бесконечные обстрелы…

Это приграничный город и там, практически, каждый день шумно.

Слава Богу, когда это просто звуки, а не мины, разрывающиеся на территории города. Но, тем не менее, это пугает людей, особенно детей.

Очень много нуждающихся. Мы привезли 1500 буханок хлеба.  Из расчета 1 буханка на двоих. Около 3000 человек уже будут неголодными пару дней.

Люди  стараются  работать  на  огородах.

11207313_1711082049119754_558124619459038644_n

На огородах полным ходом идет работа

 

Стараются  как-то  выживать. Страдают самые немощные. Это лежачие больные. Наши волонтеры помогают, кто чем может.Сейчас  видно  как  меняется  у  людей  отношение  к  войне,  меняются сами люди. Они сейчас находятся в поиске смысла жизни. В глазах виден вопрос: «Как дальше жить?» Когда же мы привозили духовную литературу, Библию, Евангелие, то люди жадно брали, потому что надеялись там найти ответы на свои вопросы.

Насколько  эта  задача  выполнима:  накормить  физически  и духовно?

Это  не  задача,  а  процесс,  который  нужно  выполнять  регулярно.  Если взять отдельного человека, то он формируется духовно на протяжении всей своей жизни. Наша задача – подтолкнуть людей на духовное развитие. А все остальное – это Божий промысел. Мы можем делиться опытом с ними, рассказывать о нашей жизни с Богом, но мы не можем передать им нашу веру. Все остальное делает Бог через Святого Духа. И это видно. Через Слово Божье люди просыпаются ото сна. Идут к Богу, меняются изнутри. Тем самым меняя мир вокруг. Потому что, если хочешь изменить мир, изменись внутри себя.

Вы ездите уже более 11 месяцев. У вас есть истории, которые уже произошли и изменились в лучшую сторону, и истории, которые вас вдохновляют? Положение, в котором находится наша страна сейчас, меняет и людей, и меня, в том числе. Из пассивных потребителей люди преобразовались в активных помощников.

Позитивных историй очень много. Например, Красногоровка. В первый раз,  когда  мы  приехали  –  в  церкви  на  служение  было  около  30  человек. Сегодня на утреннюю молитву приходят 200-250 человек. Для меня это показатель положительной динамики. Потому что, пока человек не изменится внутри, страна не изменится.

На служении

На служении

 

Страна изменится, когда изменятся люди

Каким вы видите будущее Украины?

Любая  страна,  любое  общество  стоит  на  моральных  принципах. Христианин не будет врать, не будет воровать. У христианина будет крепкая семья, будут счастливые дети.  В этом я вижу будущее.За  свою  жизнь  я  видела  разные  идеологии,  которые  потерпели  крах. Сейчас в стране практически нет ведущей идеологии, и никто не говорит: «давайте заложим в наш фундамент вот этот камень – и тогда наше здание выдержит  любой  шторм».  Нам  никто  не  предлагает  крепкий  фундамент.

Нам никто не предлагает национальную идею, которая будет вести страну.Для меня, как для верующего, понятно, что нет другой идеи, и никто ее не придумает, кроме той, которая заложена в Слове Божьем.  И только возле Слова Божьего можно сгруппировать людей, общество. Только  в этом случае Слово Божье может быть, как Конституция, авторитетом. Как главный закон, он должен быть у каждого и в уме, и в сердце, в семье. И только от этого произойдет развитие общества. Другого пути нет. Другой путь – путь в никуда. Чтобы мы ни строили, если там нет Бога — оно обречено на погибель. Оно не принесет плода. Оно даст только иллюзию плода.

Сначала люди работают для того, чтобы пребывать в достатке, а потом тратят весь свой достаток на лекарства и больницы. Не хочется жить в таком обществе.

То  есть  нам  нужна  идеология,  основанная  на  христианских принципах?

Абсолютно. Страна, которая не уважает Бога и не ставит Его на пьедестал, будет пребывать в полном разорении…

Давайте поговорим лично о вашем служении. Как вы начали, с чего? И почему именно вы начали помогать? Есть же много христиан, которые стараются и служат.

Мы не одни помогаем населению. Призыв о помощи другим рождается в  сердце.  Везде  есть  ключевые  люди,  которым  Бог  говорит  что-то  делать. Сначала ты внутри себя чувствуешь, что ты хочешь помочь, затем ты ищешь возможности,  потом  появляются  соратники,  которые  поддерживают.  И после этого ты начинаешь видеть плоды. Это хорошо. Это правильно.

Когда оккупировали Славянск – это было самое страшное переживание для всей страны. И мы хотели поехать и посмотреть, чем можно помочь тем людям. Первое желание было просто увидеть все воочию. Где были большие разрушения, мы принимали участие, помогая людям отстраивать жилые помещения. А где были незначительные ремонты, люди сами справлялись. Все сидели без денег до тех пор, пока не начали восстановительные работы.

Когда  я  приехала  впервые,  город  был  пустой.  Ни  людей,  ни  машин. После  освобождения  Славянска  вдали  слышны  были  свисты  пуль.  Везде ходили люди с автоматами, еще стояли блокпосты, были ограждения каких-то территорий. Люди находились еще в страхе. Дух войны витал в воздухе. Машины  не  ездили,  люди  не  передвигались  по  улицам.  От  шока  еще  не успели отойти люди.

Потом мы подобрали разрушенные дома. Затем поехали искать финансы, чтобы все задуманное восстановить. Потихоньку мы начали возвращать беженцев из Киева в Славянск и в города, куда уже вернулась украинская власть.

Один из разрушенных объектов

 

Но возникали другие проблемы. Боевые действия продолжались в других регионах. Были новые беженцы. Они не бежали так далеко, как предыдущие. Они уходили на 10-15 км от своих городов, населяя прифронтовые районы, где было тише.

Администрация просто умывала руки и снимала с себя все полномочия. Государство не оказало какой-либо помощи этим гражданам.

Что  вас  больше  всего  зацепило  за  все  время  работы  в  зоне АТО?

Зайду  издалека.  Я  уверена,  что  многие  в  центральной  и  западной Украине не знают, насколько ценна булка хлеба на Востоке. Они не представляют, как можно стоять с 9 утра до 4 вечера на холоде, под дождем, в очереди за хлебом. Это нереальные вещи. Я тоже до конца это не осознала.

За буханку хлеба люди выстраиваются в очереди с самого утра, несмотря на то, что за окном сырость, холод, и дождь

 

Но думаю, что оно со временем придет.

Я  в  благотворительности  работаю  более  20  лет.  В  90-е  были  тяжелые времена.  Нам  приходилось  раздавать  все,  что  угодно:  рис,  сахар,  обувь, медикаменты…  Но я никогда не раздавала хлеб. Он всегда был доступен для  всех.  Представьте,  —  хлеб.  Именно  вот  эта  ситуация  сделала  многих людей заложниками. Бог сейчас призывает людей не быть равнодушными к тому, что происходит.

Я уверен, что много еще есть людей, которые хотят помогать. Какие есть основные проекты, куда можно сеять? И возможно ли вместе с вами ездить и помогать людям?

В принципе, каждый человек может принять пассивное участие в благотворительности.  Каждый  может  понять  и  осознать,  что  за  пределами  его семьи есть люди, которые нуждаются.

Возвращаясь  к  истокам,  Господь  говорит:  «Возлюби  ближнего,  как самого себя». Если я люблю свою семью, то я забочусь и пекусь о них. Если у  меня  в  доме  есть  кусок  хлеба,  если  Бог  обо  мне  заботится,  то  я  не  могу позволить себе сидеть и смотреть спокойно на происходящее.

Есть истории, которые особенно вас тронули?

Сегодня видела двух девочек, лет по пять. (Интервью было взято 6 июня, в день посещения пгт Мироновское). У меня внучки такого же возраста. У них, слава Богу, есть все. И питание, и медицинское обслуживание, и игрушки. Они спят в тихих комнатах. У них есть детство.

А эти девчонки, они такие же. Им Бог дал эту жизнь. Мне безумно больно видеть, что они находятся все время в опасности, в стрессе, что их глаза не улыбаются, они не умеют радоваться.

Когда они увидели вооруженных людей, которые сейчас заменяют полицию,  они  сразу  переключили  свое  внимание  на  них.  Солдаты…

Для этих детей слово «война» — это не просто слово. Это прожитый этап…Так,  что  я  думаю,  что  каждый  может  пожертвовать  шесть  гривен  на булку хлеба. Сегодня шесть гривен — это булка хлеба. Вот  представьте,  что  вы  выбегаете  из  дома  в  той  одежде,  что  на  вас. Слава Богу, если успел взять документы. Вот в таком положении находятся эти люди.У  этих  людей  нет  привычных  нашему  образу  жизни  вещей:  зубной щетки и пасты, шампуней. Нет привычной работы с зарплатой, на которую ты рассчитывал когда-то. У них нет ничего…

Тут может принять участие каждый. И должен принять.

То есть вы рекомендуете просто благословлять на своем месте, тем, чем может каждый?

Абсолютно! Благословляя нуждающегося, мы сами будем благословенны. Я уверенна в том, что каждый, кто это сделает, получит радость благословения.

Насчет того, чтобы ездить в качестве волонтера. На это сложнее ответить.  Я  вижу  помощь  как  волонтера  в  строительстве  домов.  Здесь  нужны люди, имеющие знание в данной сфере, физическое здоровье и свободное время для того, чтобы приехать в город и работать.

Наши помощники из Западной Украины

Наши помощники из Западной Украины

Насчет того, чтобы ездить и оказывать помощь. Скажем так, я не вижу в этом необходимости. Потому что не всегда нужна и я. Цель моя не просто экспедировать и доставлять груз, а пообщаться и принять решение, что здесь нужнее завтра, куда повернуть наши ресурсы, чтобы помочь, разузнать ситуацию у местных волонтеров, посоветоваться.

На  данном  этапе  лучше  помогать  финансово  или  какими-то товарами?

Меня спрашивала одна организация, что сейчас нужнее. Я сказала, что нужны памперсы. Они сказали, что они закупят и перешлют нам.Есть люди, которые хотят оплатить доставку хлеба. Они перечисляют 6,5 тысяч гривен, и это идет именно от их семьи.

Есть  некоторые  люди,  которые  жертвуют  на  восстановление  домов…

Есть те, которые жертвовали на стиральную машинку, которую семья потеряла…

Этот год был годом прорыва в ментальности украинцев в пожертвовании.

Раньше люди меньше жертвовали?

Меньше и очень тяжело. Волонтерское движение стало развиваться. Вот

оно просто возникло. Его пытались насадить искусственно… Но не то. Не ощущалось духовности в нем.

Непривычно для нашей украинской ментальности?

Да.  Непривычно.  Но  сейчас  появилась  мотивация,  желание  помочь ближнему.  Могу  сказать,  что  у  нас  гражданское  общество  превосходит государственное. Я считаю, что наше государство еще не до конца осознает тот  общественный  подъем  среди  людей.  И  наше  гражданское  общество обгоняет по развитию руководство страны. Если бы не волонтеры, если бы не  общественные  движения,    которые  поднялись  на  волне  этих  событий,

которые расшевелили что-то в душе каждого, то давно бы нас и победили, и поработили, и рассказали бы нам как жить, в какую сторону двигаться и т.д.Я  не  хочу  вдаваться  в  политику.  Но,  тем  не  менее,  люди  проявляют активную  позицию.  И  они  должны  сделать  выбор  чего  же  они  хотят. Особенно это касается молодого поколения.  Оно меня радует.

Именно то, как поднялась молодежь, люди от 20 до 35 лет – это то поколение,  которое  должно    сформировать  национальную  идею.  Оно  должно и может за счет своего возрастного ресурса. Это молодые люди, в которых большой потенциал. Это те люди, которые выросли после развала Союза. Им не насаждалась никакая идеология…

Да.  Не  насаждалась  идея  коммунизма,  атеизма.  Я  даже  замечаю  по своей младшей дочери. У меня трое детей. Старшей – 31, а младшей – 21 год. И я вижу, что она – это поколение более свободных людей. У нее есть такое выражение в лексиконе, как «я не понимаю, почему нельзя». Это не просто  непонимание,  а  сопротивление  сознания  на  уровне  духа.    Именно это поколение очень важно. Это и будет двигателем прогресса. Это поколение, которое имело шанс реально быть христианами. Им уже не запрещали ходить в церковь, это уже было не стыдно. Вот и сейчас я вижу, как молодые ребята не идут на дискотеки, а едут в  прифронтовые  города  и  служат  старикам  и  нуждающимся  людям.  Это люди,  которые  несут  любовь  в  каждый  дом  и  непосредственно  помощь.

Молодежь, которая нас радует

Молодежь, которая нас радует… И это еще не все

Нельзя, глядя на таких молодых людей, сказать, что молодежи, кроме компьютера и музыки в наушниках, ничего не надо.Когда  молодые  люди  приезжают  сюда  из  Ровенской  области  и  пашут здесь бесплатно, это вдохновляет. Для них это за честь приехать и принести добро, послужить кому-то. Это уникально. И это приносит радость.

Есть ли у вас прогноз, когда это закончится? И главный вопрос: если закончится это все сегодня, то, сколько времени потребуется на восстановление этой земли, психологического здоровья людей и чтобы регион стал снова процветать и развиваться?

Опять-таки,  если  люди  будут  иметь  идею,  про  какую  мы  говорили,  то восстановление займет мало времени. Во главе угла должны стать вопросы «чего  мы  хотим»,  «куда  мы  движемся»,  «кто  мы  вообще».    Или  мы  проходим  мимо  грязного  подъезда,  не  обращая  внимания  на  него,  или  сами берем и убираем.

Вот я знаю в Красногоровке, даже видела фотографии, обычный горожанин на своей машине привез бак воды, щебенку, цемент и стал асфальтировать воронки от снарядов на дорогах. Он по собственной инициативе провел ремонт части города.

Нужно жить по уставу «это мой город, я здесь живу, я его буду оберегать и ухаживать за ним». Должно прийти осознание того, что нам никто ничего не должен и у нас достаточно сил восстановить все.

Когда закончится?

Лично у меня было ожидание, что все завершится еще в прошлом году, в 2014-м, ближе к осени. Сегодня таких прогнозов нет. Есть понимание того, что это произойдет вдруг и сверхъестественным путем. Не будет победителей и побежденных.

Я считаю, что нам не нужно в будущем создавать самую сильную армию.

Это  путь  в  никуда.  Нам  нужно,  чтобы  победа  была  одержана  сверхъестественным путем. Чтобы потом мы воздали Славу Богу за Его защиту. Если мы возьмем в союзники Бога… Если Бог за нас, то кто против нас?

И тогда ни одна страна не захочет еще раз воевать с нами. Потому что они скажут, что это народ, с которым не стоит связываться: «У них есть что-то такое… Есть видимое, а есть невидимое. И последнего мы боимся».

Это и есть Бог народа. Это народ, который чист перед Богом, который доверяет  Богу,  который  сначала  говорит:  «Слава  Богу!»,  —  а  потом  уже: «Слава Украине!»

Вот тогда будет порядок.

Спасибо за интересный разговор

Общался Владимир Багненко

ДРУГИЕ ИНТЕРЕСНЫЕ ИНТЕРВЬЮ:

  1. Наркоманка в прошлом, которая служит Богу спасать других наркоманов Оля Регалова: для Бога не существует безнадежных людей
  2. Интервью с заключенным, который принял Христа
  3. Издающийся писатель, пастор. Интервью с пастором и писателем Анатолием Шкариным
  4. Интервью с журналистом, который влияет на СМИ, с президентом ассоциации “Новомедиа” Русланом Кухарчуком
  5. Какой должна быть христианская музыка? Интервью с музыкантом и бардом Наташей Тихоновой.
  6. “Бог избавил от тюрьмы и наркотической зависимости” – интервью с Олегом Деркаченко, пастором церкви и счастливым отцом 7-х детей
  7. Варя Таран: “Смысл прошлой жизни – уколоться и упасть на дно колодца. Теперь получаю удовольствие от того, что отдаю и вкладываю свою душу в людей.
  8. Еналь Варя. С надеждой в сердце
  9. Богдан Крупчак: “Спасибо Богу, я был ущербный человек, который после восстановления, стал приносить пользу обществу.”.
  10. Как служить Богу до края Земли. Интервью с миссионером из Эфиопии Вероникой Аксёновой
  11. Интервью с Андреем Долгановым: «Не пытайся защитить свое служение. Оно не твое, а Мое. Будь искренним, верным, а Я буду подтверждать Свое слово».

Подпишись, получай свежее ободрение прямо на свой почтовый ящик