Последняя надежда Ашерат (рассказ)

Она повернула голову и посмотрела в окно лачуги. Стук привлек ее внимание. Всего лишь сухой ветер, швырнул камешек в соломенную стену.

Женщина вышла на улицу и посмотрела вверх. Солнце стояло высоко. Она накинула ткань на голову и на минуту присела у входа. На вид ей было лет шестьдесят, глубокие морщины прорезали лицо. Ее звали Ашерат. Маленький нос и близко сидящие глаза делали ее некрасивой, скорее даже уродливой. Было 8 утра. Город Сидон давно уже проснулся — по дороге двигалась густая толпа. Ее дом находился на самой окраине, возле городских ворот. Рядом с ее лачугой, сколько хватало взгляда стояли сотни таких же, ничем не отличающихся построек.

Ашерат 3

Нужно было идти работать. Утро было очень жарким. От такой жары пот струился по лицу. А как было хорошо когда-то, когда она была маленькой девочкой и жила с родителями в Дамаске. Она любила этот город. С ним связаны все самые лучшие воспоминания детства. Чего нельзя сказать про Сидон. Шумный портовый город, в котором пахло рыбой и морем. Здесь днем и ночью шла торговля. “Неуютный и большой” – подумала она про себя.

Ее размышления прервал крик. Он раздавался из двери лачуги, откуда женщина только что вышла.

Она ринулась в дом. Взгляд упал на постель, – все было перевернуто.  Посреди комнаты стояла девушка, лет восемнадцати на вид, полуодетая. Глубоко втягивая воздух, девушка тяжело дышала, будто несла тяжелый груз. Но страшнее было смотреть в глаза — они исступленно бегали. Иногда они останавливались на женщине. Неожиданно Ашерат стало страшно. Она поборола комок в горле и пробормотала:

— Сиди здесь.

Но по лицу девушки было видно, что она не понимает.

Ашерат закрыла деревянную дверь и вышла. Теперь был только один путь. Терять нечего.

С ее дочерью это происходило уже более 3-х лет. Почему Ашерат не знала. Удручало то, что никто ничем не мог помочь. Ни друзья, ни лекари.

Она всегда верила в Единого Бога. Еще ее отец привил ей это. Однажды даже она побывала в Иерусалиме, на празднике Песах. Впечатление, масштабы, тысячи людей, которые все верили в Единого и приходили в храм, — все это поразило ее тогда. Прошло больше пятнадцати лет.

Недавно она услышала разговор. Именно благодаря ему она знала, что делать.

Общались две рабыни ее хозяина. Ашерат работала на производстве ткани виссона. Работа была тяжелая и монотонная. Она сидела на берегу моря, склонившись над гигантской кучей травы, в которой кое-где проглядывали моллюски. Из этих моллюсков она доставала нити размером около 6 сантиметров, которыми каждый моллюск крепится к скалам. Виссон и состоял из этих нитей. Пальцы болели после трех часов непрестанного труда, а работала она с раннего утра и до темноты. Изнемогая, Ашерат молилась и становилось чуть легче. Только когда она ходила перекусить, она могла отдохнуть. Эти моменты – самые любимые. Сидеть спокойно и есть, смотря на море и ничего не делая пальцами. Но сейчас был самый разгар трудного рабочего дня. Солнце пекло затылок.

Рядом с ней трудились еще две рабыни.

Первая, тощая женщина лет сорока говорила тихим голосом:

— Сколько у тебя уже?

Вторая, полная, вздохнула:

— Я собрала только пятнадцать. Не представляю, как мне успеть. Хозяин повысил норму — ответила полная рабыня, испуганно перебирая траву

Худая спокойно сказала

— Возможно, высечет. Не привыкать. Хотя наш хозяин добрый.

Стало тихо. Только море шумело. Было очень жарко, но морской бриз не давал жаре припечь голову.

— Говорят, новый пророк, который появился в Израиле, идет  к нам. — сказала худая.

Полная посмотрела на нее, с оценкой во взгляде. Можно ли довериться?Видно было, что полная сомневалась и оценивала. Она молчала и размышляла. Потом все же решилась сказать:

— Да, Эстер, я слышала тоже. Но я верю, что это Мессия, Господь, Которого так сильно ждут.

Худая хмыкнула и покачала головой.

— Ну, это мы еще посмотрим, Мессия или нет. Он должон много сделать, чтобы заслужить этот титул, — она даже причмокнула от удовольствия. Растягивая слова, будто именно ей возможный Мессия должен был сдать экзамен на свою подлинность.

В это время Ашерат быстро перебирала траву и доставала ракушки. А мысли ее были далеко. Она думала только о дочери, которой рядом не было. Сейчас Ашерат боялась. Что могла сделать дочь в ее отсутствие. Уже дважды она швыряла постель и разбивала посуду. Хорошо, что можно было ее закрыть. Но дверь была слабой. Иногда Ашерат казалось, что девочка могла поднять двух лошадей, столько силы было в ее руках.

Ее прервали слова полной рабыни:

— Что бы там ни было, но я слышала, что он исцеляет. Исцеляет всех. — Она сделала паузу, придавая своим словам вес. — Все, кто прикасаются к нему — становятся здоровыми. Мне Руфь рассказывала. Ты помнишь ее брата, Фарсиса. Он же был немым от рождения. Так вот, — полная посмотрела на подругу и помолчала, затем громко сказала —  недавно он заговорил.

Худая выпучила глаза. Но через минуту приняла старое выражение лица и с ухмылкой сказала:

— Не верю я этим россказням.

— Я тоже не верила. Но я сама разговаривала с ним. К тому же ты хорошо знаешь Руфь. Сходи к ней, она тебе сама расскажет. У Фарсиса теперь язык подвешен, будто всегда говорил. Шутит, байки травит.

Ашерат отвлеклась от своих мыслей. Ее лицо было печальным. Но она хотела отвлечься и ее заинтересовала эта история.

— Неужели он делает больных здоровыми?

— Да. Представляешь? До него это делал Елисей, еще какие-то там. Не помню, если честно. Но этот больше чем просто пророк. И вот почему. Руфь еще кое-что рассказывала. Здесь я точно не знаю, потому что это со слов ее знакомой. Но все же я не могу не поделиться.

Полная рабыня снова замолчала и посмотрела по сторонам. А затем тише, по-заговорщицки заговорила:

— Так вот, Руфь говорила, что к нему и лунатиков приводили. И они становились здоровыми.

— А кто такие лунатики? — худая удивленно посмотрела на подругу и перестала перебирать траву. Ее явно заинтересовали эти истории с Мессией.

— Это те, кто неожиданно падает и бьется об землю, начинает испускать пену с сильными судорогами. Так вот после встречи с ним, эти припадки заканчиваются.

И полная торжественно посмотрела на худую. Та молчала

— А как его зовут? — трава все еще лежала, худая перестала работать и задала вопрос.

— Иешуа, если я не ошибаюсь. Его называют Иешуа из Назарета.

Ашерат слушала во все уши. Значит, надежда все-таки есть? Или может это только истории, которые выдумали рабыни. Про будущего Мессию она знала, но немного. Моше завещал слушаться Того, Кто придет. Это и будет Мессия. Вот и все ее знания.

— А еще, он исцелил младшего брата Ицхака. — слова полной рабыни снова оторвали ее от размышлений. — и его друга. Но с тем вообще история странная. Ты же слышала о бесноватых. Это те, кто совсем не владеет собой.

Ашерат вся сжалась.  Она зажмурила глаза. Страх, что она может упустить хоть одно слово заставил ее тише шуршать травой. Что это такое, не владеть собой, она могла рассказать в подробностях.

— Да, я слышала, только никогда не сталкивалась, — сказала худая.

— Это люди, которые одержимы нечистыми духами. И даже с такими Иешуа справляется.

Но ты знаешь, не все с ним чисто. Полгода назад, он, когда был в Иерусалиме, вошел в храм и выгнал почти всех торговцев. Такого шуму навел. Весь город говорил об этом. Как он посмел, не знаю. Так он до сих пор не наказан. Представляешь? — полная многозначительно посмотрела на худую.

Вторая молчала.

Ашерат продолжала молча работать.  Внутри у нее зажегся маленький огонек надежды. Впервые за три года она с новым чувством смотрела в будущее. Что это за чувство Ашерат еще не разобралась, да и не было времени. Но она была готова прямо сейчас бежать к Иешуа.

 

Ашерат 2

И вот она вышла из дому. Сегодня субботний день. Разговор был очень свеж в памяти, ведь был только вчера.  Так как она работала на господина еврея, он давал всем рабам один день для отдыха. Именно в субботу. И это было так кстати.

Она шла по пыльной дороге, не видя ничего под ногами. Укутавшись в плащ, Ашерат смело ступала босыми ногами. На сандалии не было денег.

— Вы не слышали, Иешуа, из Назарета рядом? — иногда спрашивала она.

В ответ прохожие только качали головой или молча проходили.

Решительными шагами она обходила Сидон. Город был большой. Но где-то здесь, говорят, был Иешуа. И она должна была его найти.

Солнце начало садиться. Страх напал на нее. Неужели, все поиски тщетны. А ее девочка. Ведь она сейчас дома, и что с ней? А если Иешуа не в Сидоне? А если рабыни ошиблись. Или даже если он здесь, вдруг она не найдет его? Страх снова подкатил к горлу. Ей стало жаль девочку, себя, свое будущее. Неужели она его не найдет.

Она споткнулась и упала на ладони. Пыль попала в глаза и Ашерат начала их беспокойно тереть. Было больно и страшно, так что она поморщилась и слезы покатились из глаз. Она сидела в пыли, вытирала грязную ладонь об плащ и плакала. Так прошло несколько минут. Ашерат снова вспомнила вчерашний разговор и незнакомое ощущение внутри снова поднялось. Стало теплее внутри. И чем больше она думала о Иешуа, что он может быть тот самый Мессия, тем теплее становилось внутри.

Тогда очень резко и громко Ашерат сказала:

— Я найду его. Я верю, что найду. Больше мне не во что верить!

Если это был Мессия, то он – Бог. И тогда Он решит ее проблему.

Она встала и вытерла кровь. Поднялся ветер. Верхушки деревьев клонились. Но Ашерат сжав губы только плотнее укуталась в плащ и пошла дальше.

Она шла по дороге, только и держась за сказанные только что слова и надежду, которая родилась вчера из разговора двух еврейских рабынь, и укреплялась с каждым шагом по пыльной дороге.

Она продолжала задавать свой вопрос прохожим.

— Иешуа? — высокий мужчина услышал ее вопрос и ответил по гречески.

— Да, мне нужен Иешуа.

— Он пришел сегодня утром и остановился в том доме. — И он указал рукой на дом неподалеку.

Она посмотрела туда. Рядом с городской стеной стоял дом, окруженный оливковыми деревьями. Сложенный из крупных кирпичей он, похоже, принадлежал богатому человеку.

Ашерат 4

Солнце почти совсем село. Нужно было поспешить, пока ее еще могли пустить в дом. И хоть это был чужой дом, она больше не боялась.

Ее могли высечь. На нее могли натравить собаку. А могли и просто не пустить.Но в этом доме была либо помощь для ее дочери. Либо… Она даже не хотела думать. Терять было нечего. Она была готова на все ради девочки. Она подошла к дому, и все еще стояла в нерешительности.

И тут произошло неожиданное. Дверь открылась, и из нее вышел молодой мужчина, одетый в хитон. Он улыбался. За ним начали выходить еще и еще другие мужчины. Курчавые, с прямыми волосами, с ровными носами, обутые в простые и удобные сандалии. Их вышло много, около двадцати. Первый, который вышел, стоял на дороге и ожидал остальных.

Когда все вышли, она поняла, что первый и был главным. Скорее всего, это и был Иешуа.

— Иешуа, — сказала она негромко.

Он обернулся, и она поняла, что это был он. Следом за ним обернулись некоторые другие.

Но она больше не смотрела на них. За всеми переживаниями она совсем забыла подготовиться к этой встрече. Никаких слов, речей она не сообразила приготовить. Подбежав к его ногам, она упала и громко закричала:

— Помилуй меня, Господь, сын Давидов. Моя дочь сильно беснуется.

Все мужчины повернулись к ней, настолько громким был крик.

А он, молча, смотрел на нее. Она робко глянула в его глаза. В них было сожаление. И глубокое понимание. Как будто он понимал все, что с ней происходит. К ее удивлению, он закрыл глаза, и его губы прошептали несколько слов. Затем он открыл глаза, отвернулся и пошел. Мужчины один за одним также последовали за ним.

Она молча сидела на земле в пыли. Печаль, уныние и сожаление о дочери переполняли ее, и Ашерат зарыдала. Но внутри было еще что-то, что не давало ей сидеть в пыли. Не было времени разбираться, что это. Вместо того, чтобы просто всхлипывать, она еще громче начала кричать.

— Помилуй меня, Господь, сын Давидов. Моя дочь сильно беснуется.

Всхлипывания между словами, сделали эти слова громкими, как удары киркой. Ашерат понимала, что больше некуда идти. Она встала, отряхнула одежду, и пошла за мужчинами, громко крича.

— Помилуй меня, – всхлипывание

Никакой реакции. Все продолжали идти

— Господь, – всхлипывание

Последний из мужчин обернулся и посмотрел на нее

— Сын Давидов, – всхлипывание

За этим мужчиной, еще двое обернулись

— Моя дочь сильно беснуется!, – всхлипывание

Пауза. Второе всхлипывание.

— Очень сильно! Уже два раза билась. Третьего может не пережить.

Всхлипывание.

Она шла и кричала. Навстречу шли люди. Они удивленно смотрели на эту странную процессию. Более 20 мужчин. И позади идет громко кричащая женщина.

Она решила кричать, сколько хватит сил.

Солнце почти село, все они вышли за город. Вдруг Иешуа и мужчины остановились. Ашерат подошла ближе, и услышала, как один из них заканчивал фразу:

— Отпусти ее, потому что идет и кричит за нами.

Она неуверенно подошла еще ближе. Мужчины расступились, и пропустили ее. В это время Иешуа ответил спрашивавшему:

— Я послан только к погибшим овцам дома Израилева.

Она была совсем близко. Как только она это услышала, то все поняла. Он – еврей, она – нет. Но боль за дочь и понимание, что это тот самый Господь, Мессия, который действительно исцеляет и освобождает толкали ее вперед. Ашерат подбежала к Иешуа и упала на колени прямо перед ним.

— Господи! Помоги мне!

И снова эти глаза. В них столько понимания. И какого-то глубокого сострадания. Она никогда не встречала столько понимания. Он ответил ей.

— Нехорошо взять хлеб у детей и бросить щенкам.

Она слышала и раньше эти слова. Она слышала, как рабы-евреи называли их псами. Раньше у нее это вызывало гнев. Она не могла считать себя собакой. Она очень обижалась. Ведь тоже верила в Единого Бога. Она старалась верить в Него как могла.

Но сейчас она совсем не обиделась. В его словах был неожиданный оборот. Он употребил не то слово, которое она слышала. Это было слово не «собака», а «песик, щенок».

Сейчас она, совершенно не обижаясь, поняла все. Он был Бог евреев. Она — женщина, которая никакого отношения к Его народу не имела. Как могла она требовать что-то? И при этом Он смягчил поговорку. Он обратился к ней мягко. Но все равно, она является  язычницей. И, неожиданно легко, она признала это.

И снова вспомнила безумные, страшные глаза дочери. Не помня себя, думая только о том, чтобы докончить фразу, она сказала:

— Так, Господь. Но и щенки едят крохи, которые падают со стола господ их.

И тут он улыбнулся. И как он был красив в этот момент. И знакомое уже тепло уверенности снова разлилось по телу от его улыбки. Потом он подал ей руку и помог подняться. Кто-то из мужчин подошел, и отряхнул ее одежду.  Иешуа снова закрыл глаза и прошептал губами несколько слов.

Она молча смотрела и понимала, что только он может помочь.

Затем он открыл глаза и громко сказал:

— О, женщина! Огромная вера твоя. Пусть будет тебе по желанию твоему. Пойди, бес вышел из твоей дочери.

Ашерат стояла как вкопанная. Она поняла, что только что закончились мучения ее дорогой девочки. И больше никогда она не увидит разбросанную постель, разбитую посуду, а девочка сможет получить будущее, как и у других детей. Никогда.

По ее щеке стекла слеза. Затем вторая. Она кинулась на шею к тому, кто стоял и с улыбкой смотрел на нее.

— Спасибо.

Затем она, не помня себя, бежала назад по улицам. Путь вперед занял больше полудня. Путь назад она преодолела за несколько часов. Все время, пока она бежала, она повторяла

«Огромна вера твоя! Пойди, бес вышел из твоей дочери». И с каждым словом она ощущала, как тепло и уверенность все больше наполняли ее. Вдруг, словно кто-то зажег свечу, и она поняла, что было у нее все это время, пока она искала.

— Вера, вот что это было. Вера.

Придя домой, она быстро открыла двери и вбежала. Девушка лежала на постели и спала.Постель была смята, также как и утром. Но теперь на ней лежала дочь. И выражение покоя было у нее на лице.

Ашерат припала к груди девушки. И громко разрыдалась.

Ашерат 5

 История основана на реальных событиях. Подробности – в Евангелии от Марка 7: 24-30

Автор – Владимир Багненко